14-15 жовтня 2021 року пройшов вебінар «Як уникнути професійного вигорання та критичне мислення». Організувала захід Академія української преси за підтримки Фонду Фрідріха Науманна за Свободу. 

Тренерами заходу виступили: 

• Валерій Іванов, президент Академії української преси, доктор філологічних наук, професор; 
• Галина Гандзілевська, психотерапевт, доктор психологічних наук, професор; 
• Сергій Штурхецький, журналіст, голова Незалежної медіа-профспілки України; 
• Андрій Юричко, медіатренер, кандидат філологічних наук, викладач КНУ імені Тараса Шевченка. 

Не дивлячись на святкові дні, учасники вебінару протягом двох днів розбиралися у бар’єрах у журналістів та вчителів, вивчали формули особистості та успіху, знаходили ресурси у журналістів і вчителів, формували інформаційну та психологічну стійкість особистості в часи інфодемії, виконували вправи на пошук тем і натхнення, аналізували повідомлення у соціальних мережах. 

Валерій Іванов зауважив «Напруга, перевтома веде до неможливості ефективно працювати. Але з цим явищем можна і треба боротися. Як це робити – йде мова у нашому тренінгу». 

Галина Гандзілевська  прокоментувала «Проблема подолання карантинного вигорання на сьогодні набуло неабиякого значення. Разом з тим, особливої уваги потребує профілактика емоційного виснаження, зокрема освітян, журналістів. Адже в умовах інформаційної епідемії ця категорія людей є надчутливою. Нещодавно на базі нашого Наукового Центру «Саногенна педагогіка та психологія» Національного університету «Острозька академія» ми з командою науковців-психологів провели дослідження для того, щоб виділити чинники, які провокують виникнення синдрому емоційного вигорання, і ті, які протидіють цьому процесу. Так, нами було виявлено, що учителі, які керуються такими установками, як «Будь досконалістю» та «Поспішай»,  заборонами: «Не будь дитиною, не будь спонтанним», «Не твори», «Не будь успішним», «Не будь собою» швидше емоційно виснажуються. А тому важливо дозволити собі  впустити у своє життя креативність, спонтанність і успіх і, звичайно, позитивні емоції, на що і націлений наш тренінг. Будьте більш уважними до себе!». 

Сергій Штурхецький зазначив «Багато маніпуляцій в інформаційній сфері базуються на експлуатації емоційної вразливості людини, її «слабкостях». Іноді ми забуваємо, що журналісти – це теж люди, із своїми емоціями та вразливостями. Тож і на журналістів впливають такі маніпуляції. Проблема  у тому, що через журналістів дані фейки та маніпуляції можуть отримувати поширення і багатомільйонну авдиторію. Відтак, дуже важливо, щоб саме журналісти не піддавалися на маніпуляції, не виснажувалися від надміру інформації. Під час тренінгу ми спробували показати, яким чином можливо натренувати свою опірність негативним інформаційним впливам, не вигоріти, зберегти критичне мислення і працездатність».

Андрій Юричко звернув увагу, що «2-3 роки монотонної журналістської роботи — і можна залишати професію від вигорання. Щоб утриматися, знайти нові сили — треба розширювати діяльність, змінювати підходи і шукати нове бачення старих проблем».

Gefördert durсh die Bundesrepublik Deutschland

За підтримки Федеративної Республіки Німеччина

 

Добре, що наші імунні клітини не вірять брехні з соціальних мереж! Хто більше джинів має, той краще дітям допомагає – графічний роман та комікс від освітньої платформи Академії української преси (https://medialiteracy.org.ua/abetka/) до Глобального тижня медіа та інформаційної грамотності.

Презентація продуктів відбудеться 21 жовтня о 15:00 у прямому ефірі на сторінці Академії української преси у Facebook

А тепер детальніше про них:

✅ Як імунні клітини вірус долали: графічний роман (сценарій М. Каліберда; художник Н. Пендюр) є першим виданням в Україні, який у художній формі показує, як формується імунітету після вакцинації, розвиває навички критичної оцінки медіаповідомлень, розуміння власної ролі в запобіганні інфодемії та відповідальне ставлення до поширення «вірусної» інформації.

✅ Щепле-що? Чомучки в пошуках відповідей про щеплення (сценарій М. Каліберда; художник І. Костюніна) розповідає про сміливі пошуки героя та героїні достовірної інформації про вакцини та вакцинацію, у яких їм допомагає чарівний джин. Герої зустрічаються з різними людьми, аналізують та критично оцінюють отриману інформацію та розбираються в питанні вакцинації.

Модераторка заходу: Оксана Волошенюк, менеджерка медіаосвітніх програм Академії української преси.

Учасники: Руслан Шаламов, кандидат біологічних наук, заслужений вчитель України. Автор підручників, посібників з біології для учнів закладів загальної середньої освіти

Микита Каліберда, головний редактор видавництва «Соняшник», автор підручників з біології для учнівства.

Виготовлення продуктів, освітньої платформи та проведення цієї презентації стало можливим завдяки підтримці Медійна програма В Україні.

11-13 2021 року пройшов авторський онлайн-тренінг «Digital trainer: антитіла до інфодемії». Організувала захід Академія української преси за підтримки Фонду Фрідріха Науманна за Свободу. 

Тренерами заходу були Тетяна Іванова, медіаексперта, докторка педагогічних наук, професорка, медіа та бізнестренерка, авторка численних підручників, посібників,  монографій, методичних рекомендацій з проблем формування  медіаграмотності та освіти дорослих, Олександр Гороховський, медіа-тренер, керівник фактчек-проекту «БезБрехні» та Андрій Юричко, медіатренер, кандидат філологічних наук, викладач КНУ ім. Тараса Шевченка. 

Протягом трьох днів учасники доводили актуальність медіаграмотності в епоху глибинних маніпуляцій та діпфейків; розбиралися у функціонуванні медіа у сучасному інформаційному середовищі, у сутності та природі маніпуляцій; як маніпулюють емоціями споживача й тощо. 

Валерій Іванов зауважив: «Зараз особливої ваги набувають вміння розрізнити адекватне відбиття дійсності від фейків. Це потрібно для адекватної реакції на зміни, що відбуваються у кризовий час пандемії».

Тетяна Іванова поділилася думками: «Змінюються часи. Змінюється інформаційний простір. З пандемією рука об руку йде інфодемія. Їм складають «веселу» ​​компанію антивакцинатори і «античіпаноїди», прихильники теорії змови і всебачущого Ока. Медіаграмотність виходить за рамки особистісної та професійної компетентності. Вона стає єдиною умовою виживання та адекватних комунікацій. Необхідні антитіла не тільки від Ковід-19. Антитіла вкрай важливі для наших мізків. Черговий тренінг проекту «Digital-тренінг: антитіла до інфодеміі» ще раз показав актуальність і злободенність обговорюваних питань. Тим більше, що аудиторія тренінгу – професорсько-викладацький склад Херсонської академії післядипломної освіти».

Gefördert durсh die Bundesrepublik Deutschland

За підтримки Федеративної Республіки Німеччина

 

ПОСКОЛЬКУ ОПИСАНИЯ ЛЕГЧЕ ПОРОЖДАЮТСЯ, ЧЕМ САМА РЕАЛЬНОСТЬ

Георгий ПОЧЕПЦОВ, rezonans.kz

Мы не различаем в своей голове, откуда мы получили информацию о том или ином объекте. Это порождает возможность “обмана”, когда физические свидетельства могут подменяться информационными и виртуальными. Большая часть наших знаний в голове не из реального опыта, а из чужих трансляций. Но мы об этом особо не задумываемся.

Слухи и анекдоты, фейки и конспирология являются представителями альтернативного взгляда на мир. Причем исходная распространенность этого взгляда не так важна, мы просто начинаем обращать на него внимание в силу проявления первых признаков его распространенности. Оказалось, что мир состоит из того, что нам о нем рассказали. И чем “громче” голос рассказчика, тем больше сторонников имеет его картина мира. При этом сама действительность становится уже вторичной. Информационный и виртуальный инструментарий “работают” с мозгами лучше, побеждая индивида.

Фейки характеризует еще один параметр, проявляющийся в случае сознательного искажения – скрытая агрессивность по отношению к имеющейся картине мира. В противном случае нет смысла в интенсивной пропаганде. Под маской информирования скрывается попытка разрушить картину мира того человека или социальной общности, на которую они направлены. Вот истинная цель такого фейка. Если он создается внутри страны, то это результат раскола. Если приходит из-за рубежа, то это плохие отношения с соседями. Причем соседи могут быть не только в физическом пространстве. США и Китай – тоже соседи, только другого типа. Они близки по своим военным и экономическим возможностям, поэтому пристально смотрят друг за другом и постоянно вступают в конфликты гибридного типа.

Картина мира зависит и от возраста: молодежи интересно одно, старшему поколению – другое. Молодежь более чувствительна к окружающему, старшее поколение видит его через старые формы видения, при этом у каждого поколения свои раздражающие факторы. И в кризисных ситуациях, а выборы, например, это всегда кризисная ситуация терпение кончается и у тех, и других.

Мы живем в системе столкновения нарративов и картин мира, в рамках чего молодое поколение порождает свое собственное видение. Она вырастает в других координатах этого мира, которые могут вступать в противоречие с теми, которые закладываются государством.

Молодежь всегда более радикальна в своих взглядах. В шестидесятые годы Париж, Прагу и Пекин сотрясали молодежные протесты. Та же Прага-68 существенным образом повлияла и на сознание советских людей.

Молодежь имеет впереди больше времени, чем старшее поколение, но терпеть несправедливость не хочет. Политолог К. Калачев заявил, например, что данные опроса показывают: «по мнению значительной части нашей молодежи срок эксплуатации президента подошел к концу, срок годности истек». Или: «Сейчас идет активно идет борьба модерна и архаики, нового и старого. Молодежи хочется расширения пространства свободы, хочется другой атмосферы вокруг себя, хочется открытости, хочется плюрализма. Молодежь живет другими ценностями, для многих из них Владимир Путин — человек из другой эпохи, президент устарел. И что он им может предложить? У молодых запрос на новое, а им предлагают законсервировать все старое. У них запрос на свободу самовыражения, свободные выборы, а им предлагается в лучшем случае управляемая демократия, а на самом деле — электоральный авторитаризм»” [1].

Екатерина Шульман напоминает: “до 2017 года категория граждан «18-24» справедливо считалась наиболее лояльной, их называли «путинским поколением»». «Считалось, что они патриотично настроены, никакой другой власти кроме нынешней они не видели, и ею в целом довольны, полагая, что их жизнь лучше, чем была у их родителей, а дальше будет еще лучше. Все стало меняться с 2017 году: видимым знаком изменений стали молодежные протесты, организованные Алексеем Навальным после выхода фильма «Он вам не Димон». Но на самом деле эти события совпали с эрозией крымского консенсуса. Как и во всех остальных социологически измеряемых тенденциях, речь идет не о том, что молодежь пошла какая-то другая, а о том, что происходят процессы во всем обществе, но на молодых они виднее. Точно так же с одобрения президента — уровень одобрения стал снижаться после пика 2014–2016 годов, после 2018 года это снижение приобрело неостановимую динамику” (там же).

То есть внутри общества всегда существует “мотор” изменений, стимулируемый молодежью. И именно она легче других готова на протесты и на эмиграцию. С возрастом радикализм молодежи выветривается, но в определенные возрастные периоды она “опасна” для государства.

В каждом государстве есть свои “горячие” точки, которые могут порождать проблемы. Как правило, страны-конкуренты пытаются вбить клин между разными социальными группами своего противника. Они пытаются внести сумятицу, используя для этого нечистые  методы, поскольку важен результат. Например, начинают цитировать несуществующего ученого. Это сделали Китай и Россия, поскольку этот фиктивный персонаж нападает на США, делая их главным виновником всего [2- 3].

И это тоже пропаганда: “Как считает автор разбора «истории господина Уилсона» на портале Swiss Info, появление ученого в медиапространстве — пропагандистский проект. «Пропагандистам всегда ведь легче создавать свой собственный «нарратив» в ситуации наличия «обоснованных сомнений». Выглядит как типичное «активное мероприятие», — пишет он, «не договаривая», что в период новой холодной войны за активные мероприятия все больше упрекают как раз Россию и Китай” [4].

Соцсети начинают бороться за “чистоту” своей информации. Фейсбук, например, удаляет сотни аккаунтов, ведущих пропаганду антивакцинации, идущую от России [5]. Эти аккаунты направлены на Индию, Латинскую Америку и США. И это снова разрушение “единства” страны, поскольку в ней возникают враждующие между собой группы.

Как видим, приметой нашего времени стало то, что можно назвать вакцинными войнами. Оказалось, что вакцины – это не только финансы, но и политика, помимо лечения. Например, вот информация о жителях Нарвы в Эстонии: “На вопрос, почему жители Нарвы отдают предпочтение не европейской вакцине, врач отмечает, что регион живет в российском инфопространстве. ”Наши жители чаще всего получают информацию из российских СМИ. Вы же сами понимаете, что по российскому телевидению не всегда правдиво говорят о других вакцинах. Это понятно, идет конкуренция. Они рассказывают об изъянах, побочных эффектах, а это влияет на умы людей. Возможно, недостаточно информации о вакцинах Pfizer-BioNTech”, — считает она. По ее словам, семейные врачи Нарвы каждый день сталкиваются с ситуацией, когда пациенты рассказывают о плохом влиянии европейских вакцин. ”Они говорят такие ужасы, которых никогда не было. А пожилого человека уже сложно переубедить”” ([6], см. также [7]).

Кстати, физический мир все время теряет свое доминирующее положение, а миры виртуальный и информационный только набирают. Современные люди более зависимы от экрана, а не от окна в реальность.

Сегодня управление информацией стало управлением вниманием. И здесь виртуальное пространство (фильмы и сериалы, литература и искусство) всегда было сильнее информационного, поскольку для него главным является зрелищность, а не достоверность.

Мы все стали жить в более свободном информационном пространстве, что связано не столько с любовью к демократии правительств, а развитию технологий, что привело к созданию все менее контролируемых со стороны государства информационных потоков. Соцмедиа порождают дешевый и быстро распространяющийся продукт. Этого нельзя сказать о кино и телесериалах, где одного создателя мало, требуется большое финансирование. А государства любят финансировать фильмы, которые они именуют патриотическими. В них хвалят государство, а врагов уничтожают или высмеивают.

Пропаганда уменьшает количество объектов, но увеличивает  их эмоциональность. Пропаганда работает с ограниченным количеством таких объектов, насыщая их положительными эмоциями, даже такими, которые в обыденной жизни не встречаются. Не просто “родина”, а “родина – мать”, что намного сильнее по эмоциональному воздействию, поскольку официальный объект попал в “домашнюю” рамку, самую понятную и самую родную.

Большие уроки пропаганды дали тоталитарные государства, именно они научились превращать официальное в близкое и домашнее. Это им удавалось, поскольку они стали не только информационными монополистами, они и их модель мира стали главными в образовании, литературе и искусстве. Так одна модель мира стала довлеть над всеми. Это характерно и для других стран, но только тоталитарные страны наказывают за “уход” в другую картину мира арестом или даже смертью.

С. Свечникова пишет: “Тоталитарная пропаганда, очевидно, имеет ряд специфических особенностей. Тоталитарное государство с его мощной идеологией, однопартийной системой во главе с харизматическим вождем и активно действующим репрессивным аппаратом создает чрезвычайно благоприятные условия для пропагандистского воздействия. Прежде всего, это связано с возможностями для транслирования информации. Характерной особенностью тоталитарной пропаганды является обладание режимом монополией на средства массовой информации. Государство и партия получают полный контроль над источниками информации, то есть небывалые возможности для безальтернативного транслирования своих ценностей. Поэтому понятие «железного занавеса» в информационном аспекте так или иначе можно отнести ко всем тоталитарным государствам. Хотя подобная ситуация была возможна прежде всего в I половине-середине ХХ в., когда средства массовой информации лишь начали свое развитие. Собственно массовым средством информации могла считаться лишь пресса, которую тоталитарные режимы подчинили своим целям. Радио, кино и телевидение как средство информирования масс только начали развиваться, и тоталитарные государства, оценив их как перспективные каналы распространения пропагандистской информации, не зависящие от уровня образованности людей (а иногда и от их желания получать информацию – вспомним знаменитые нацистские радиоприемники VE 301, не имевшие возможности переключения радиостанции, или не менее знаменитые советские, не имевшие еще и кнопки выключения), сразу же поставили под свой полный контроль. Именно из-за необходимости контролировать поступающую населению информацию нынешний Китай, пусть уже и переживший трансформацию от тоталитарного к авторитарному режиму (как и СССР после смерти Сталина) пытается сохранять контроль над социальными сетями и в целом над распространением информации в сети интернет. Собственно говоря, именно контроль над информацией и каналами ее распространения позволяет тоталитарной пропаганде быть тотальной” [8].

И еще: “В итоге, поступление пропагандистской информации не зависит только от СМИ и погруженности индивида в новостной фон, она вдалбливается в человека в ходе его ежедневной обыденной жизни. Причем в рамках данного канала получения информации индивид выступает не только как пассивный субъект, впитывающий информацию, но очень часто и как активный элемент пропагандистской деятельности, присутствуя в профсоюзном или партийном собрании, массовом митинге; распевая партийный гимн или проходя по площади со знаменем, выступая на конкурсе художественной самодеятельности или участвуя в спортивном состязании. Высокая степень эффективности подобной пропаганды доказана, прежде всего, молодежными организациями, сумевшими воспитать новое идейное поколение в рамках практически всех тоталитарных систем (спорить можно только об Италии, но она всегда была примером наиболее мягкого тоталитарного режима). В итоге, именно в тоталитарном государстве благодаря вышеперечисленным особенностям была возможна подобная результативная пропагандистская деятельность, направленная на формирование и эволюцию в нужном направлении как сознания индивидов, так и их поведенческой деятельности, в том числе ее мотивации. Только в тоталитарном обществе свободных от воздействия пропаганды групп практически не остается” (там же).

Интересная фраза прозвучала в анализе попытки Китая раскрутить утечку ковида из американского Форта Детрик вместо версии об источнике в лаборатории в Ухане: “Речь идет не просто о рассказывании истории. Речь идет о создании истории” [9]. Точнее можно сказать о рассказывании другой, альтернативной истории.

Власть и пропаганда нацелены на борьбу с альтернативными информационными потоками, в результате чего и возникает монопольное инфопространство. Сегодня Россия серьезно борется с неофициальными информационными и виртуальными потоками с помощью всей мощи судебной системы. Государство отрицательно относиться ко всему тому, что не может контролировать.

Под этот каток попало множество журналистов и медийных организаций. Вот недавние журналистские проблемы [10 – 16]. Но все это истории, где доказательства нашли в далеком прошлом. Например, по Дождю это давняя история вот РТ 2019 года [17]. А вот история из 2018 [18]. То есть раздражение власти копилось давно. Все это вызывает споры и протесты [19 – 24] и называют абсурдом, который надо остановить [25].

В более мягкой форме, поскольку это не противостояние с властью, такая проблема существует и на западе, где речь идет о процессе нанесения вреда обществу, но не государству: “Как мы можем сохранить в основе интернета свободу слова и при этом сделать так, чтобы распространяемый контент не причинял непоправимый вред нашей демократии, нашему обществу и нашему физическому и душевному благополучию? Поскольку мы живём в век информации, основная валюта, от которой все мы зависим, — информация — больше не считается в полной мере надёжной, а порой она может быть просто опасной. Отчасти это благодаря стремительному росту обмена в соцсетях, который позволяет нам пролистывать ленту, где ложь и правда стоят бок о бок, без единого привычного признака надёжности. Наш язык в этой теме ужасно запутан. Люди одержимы этой фразой «фейковые новости», несмотря на то, что она абсолютно бесполезная и обозначает несколько понятий, которые на самом деле сильно различаются: ложь, слухи, «утки», заговоры, пропаганда. И я бы хотела, чтобы мы перестали использовать фразу, которую применяют политики по всему миру, от левых до правых, в качестве оружия против свободной и независимой прессы” [26].

Сегодня мы получили бесконечные с точки зрения возможностей индивидуального разума информационные и виртуальные потоки, поэтому призывы для индивидуального потребителя определять фейки неразумны. Он просто не в состоянии этого делать, хотя именно он является тем, благодаря чему они живут, так как его работа в их распространении основная. Фейк доходит до него в единичном виде, а после становится массовым.

Все это пытаются решить: “Чтобы понять современную информационную экосистему, мы должны понять три элемента: разные типы контента, создаваемые и распределяемые, мотивации тех, кто создает этот контент, способы, которыми этот контент распространяется. Все это значимо. Как Д. Бойд подчеркнула, мы находимся в войне. Информационной войне. Мы несомненно должны волноваться о людях, включая журналистов, невольно распространяющих дезинформацию, но еще более опасны систематические кампании по дезинформации” [27].

Сама Д. Бойд пишет: “манипулирование медиа ради прибыли, идеологии и под. развивается во времени. Стратегии хакеров, обманщиков и ненавистников стали более сложными.  Сейчас многие заняты подрывом системы институционных посредников. Они ведут войну с медиа и медиа не знают, что сделать, кроме того, как сообщать об этом. Мы построили информационную экосистему, в которой информация пролетает сквозь соцсети (как технические, так и личностные). Люди пытаются смотреть в сторону архитекторов технических сетей, чтобы решить проблему. Я уверена, что эти компании могут сделать многое, чтобы обуздать некоторые из групп, которые капитализирует на том, что происходит, чтобы получить финансовую выгоду. Но войны за идеологию и внимание должны быть более умелыми. На кону не просто фейковые новости, а возрастающие возможности тех, кто стремится к изоляционистскому и движимому ненавистью трайбализму, который давно существует вокруг. Они развиваются с информационным ландшафтом, становясь все более изощренными в имеющихся средствах для достижения силы, статуса и внимания. И те, кто ищут прогрессивной и инклюзивной повестки дня, ищут борьбы с трайбализмом для формирования лучшего союза, они не успевают” [28].

И она же: “Те, кто создают имиджи по примеру мемов, быстро поняли, что они могут распространять их как лесной пожар, благодаря новым типам социальных медиа, как и старые средства вроде блогинга. Люди начинают создавать мемы для удовольствия. Но для группы тинейджеров-хакеров возник новый вид деятельности. Вместо того, чтобы прорываться в инфраструктуру безопасности, они хотят атаковать возникающую экономику внимания. Они хотят продемонстрировать, что могут манипулировать медийным нарративом, просто чтобы показать, что они это могут. Это происходило в то время, когда сайты соцмедиа бурно росли, YouTube и блоги конкурировали с мейнстримными медиа, а эксперты проталкивали идею, что каждый может контролировать нарратив, сам став собственным медиа-каналом” [29].

 Ситуация усугубляется, когда в такие войны вступают другие страны, разрабатывающие и продвигающие точку зрения против данного государства. Так, например, работает Китай против своих вероятных противников [30].

Мир получил в свои руки дешевое и одновременно не столь заметное оружие. Информация становится опасной не сразу, а на последующих этапах, когда ее уже невозможно остановить, а в начале она сливается с информационным фоном. Она обнаруживается и понимается как опасность лишь после своего широкого распространения.

И здесь особую опасность имеют не просто нарративы, а метанарративы, объединяющие под своей “шапкой” несколько нарративов. Такая сложная конструкция сильнее любого индивидуального ума.

Метанарратив носит онтологический характер. Просто нарратив – это обычное семантическое описание, которое опирается на тот или иной метанарратив. Статья Путина об Украине – это пример метанарратива, создающая карту истории, соответствующую представлениям российской власти. Украина не хочет принимать этот метанарратив, это видение истории, в рамках которого у Украины нет своего самостоятельного пути.

Каждая страна пытается защитить свой метанарратив, выдвинув его на ведущие позиции. Украина доказывает, что Россия является более поздним образованием, чем Киевская Русь. Путин пытается защититься от такого подхода, акцентируя в своем метанарративе единство трех славянских народов, тем самым занижая самостоятельность Украины.

Информация в виде нарратива имеет более сильное воздействие, поскольку строит свой собственный мир. В мире всегда будет место не только подвигу, но и нарративу, поскольку и тот, и другой трансформируют будущее.

Литература:

1. «Срок эксплуатации президента подошел к концу» https://www.znak.com/2021-02-04/uroven_odobreniya_deyatelnosti_putina_sredi_molodezhi_za_dva_goda_ruhnul_na_36
2. Davidson H. Chinese media in fake news claims over Swiss scientist critical of US https://www.theguardian.com/world/2021/aug/11/chinese-media-fake-news-claims-swiss-scientist-wilson-edwards-critical-of-us
3. Tewari S. China: Swiss embassy urges media to remove scientist fake news https://www.bbc.com/news/world-asia-china-58168588
4. СМИ России и Китая уличили в цитировании вымышленного швейцарского ученого https://www.rosbalt.ru/world/2021/08/11/1915659.html
5. Carmichael F. a.o. Facebook removes anti-vax influencer campaign https://www.bbc.com/news/blogs-trending-58167339
6. Бесчастный В. и др. “Рассказывают ужасные истории”. Почему жители Эстонии отказываются от европейской вакцины в пользу российского “Спутника” https://rus.delfi.ee/daily/estonia/rasskazyvayut-uzhasnye-istorii-pochemu-zhiteli-estonii-otkazyvayutsya-ot-evropejskoj-vakciny-v-polzu-rossijskogo-sputnika?id=92509799
7. Как российская вакцина ”Спутник V” попала в Аргентину? Выявлены некоторые странности https://rus.delfi.ee/daily/russia/kak-rossijskaya-vakcina-sputnik-v-popala-v-argentinu-vyyavleny-nekotorye-strannosti?id=92489791
8. Свечникова С.В. Тоталитаризм и пропаганда // Ученые записки Орловского государственного университета – 2018.- №1 (78)
9. Wuhan lab leak theory: How Fort Detrick became a centre for Chinese conspiracies https://www.bbc.com/news/world-us-canada-58273322
10. Телеканал “Дождь” и “Важные истории” признаны СМИ-иноагентами https://www.bbc.com/russian/news-58285668
11. «Настоящие иноагенты — не медиа». Независимые СМИ солидарны с «Дождем» и «Важными историями» https://tayga.info/170774
12. Абитуриенты и студенты журфаков о давлении на независимые СМИ: «До тебя самого тоже очередь дойдет» https://tayga.info/170292
13. В Кремле прокомментировали признание телеканала «Дождь» иноагентом https://lenta.ru/news/2021/08/23/coglasovanie/
14. Леонид Гозман. За что «Дождь» объявили иностранным агентом — мое тайное знание подлинных причин https://www.rosbalt.ru/posts/2021/08/20/1917281.html
15. «За чтение стихов под эгидой Политеха»: «Дождь» опроверг обвинение в иностранном финансировании https://www.rfi.fr/ru/%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F/20210822-%D0%B7%D0%B0-%D1%87%D1%82%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D1%81%D1%82%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B2-%D0%BF%D0%BE%D0%B4-%D1%8D%D0%B3%D0%B8%D0%B4%D0%BE%D0%B9-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B5%D1%85%D0%B0-%D0%B4%D0%BE%D0%B6%D0%B4%D1%8C-%D0%BE%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B3-%D0%BE%D0%B1%D0%B2%D0%B8%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%B2-%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%BC-%D1%84%D0%B8%D0%BD%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B8
16. Источник рассказал о зарубежном финансировании “Дождя” https://ria.ru/20210820/dozhd-1746637937.html
17. Дорогая редакция: кто содержит убыточный телеканал «Дождь» https://russian.rt.com/russia/article/663045-telekanal-dozhd-finansirovanie-evrosoyuz
18. Литвинова М. «Пытаются влиять на внутреннюю политику»: ЕС готов выделить почти €6 млн на проекты по «развитию демократии» в России https://russian.rt.com/world/article/584187-evrokomissiya-granty-rossiya-vliyaniye
19. Главред «Дождя» отреагировал на признание телеканала иностранным агентом https://lenta.ru/news/2021/08/20/glavred/
20. В Госдуме прокомментировали признание «Дождя» иностранным агентом https://lenta.ru/news/2021/08/20/pisk/
21. Синдеева прокомментировала признание «Дождя» иностранным агентом https://lenta.ru/news/2021/08/20/sindeeva/
22. Баканов К. Главный редактор “Дождя” заявил, что телеканал не является иностранным агентом и продолжит работу https://sobesednik.ru/politika/20210820-glavnyi-redaktor-dozdya-zayavil-cto-te
23. Жуков Е. В Москве задерживают журналистов, выступающих в поддержку “Дождя” и “Важных историй” https://www.dw.com/ru/v-moskve-zaderzhivajut-zhurnalistov-vyshedshih-na-odinochnye-pikety/a-58945659
24. Журналисты вышли на Лубянку в знак протеста против внесения новых СМИ в реестр «иноагентов» https://www.rfi.fr/ru/%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F/20210821-%D0%B6%D1%83%D1%80%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%81%D1%82%D1%8B-%D0%B2%D1%8B%D1%88%D0%BB%D0%B8-%D0%BD%D0%B0-%D0%BB%D1%83%D0%B1%D1%8F%D0%BD%D0%BA%D1%83-%D0%B2-%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D0%BA-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B0-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%B2-%D0%B2%D0%BD%D0%B5%D1%81%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D1%85-%D1%81%D0%BC%D0%B8-%D0%B2-%D1%80%D0%B5%D0%B5%D1%81%D1%82%D1%80-%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B0%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%BE%D0%B2
25. Остановить абсурд! Почему Закон об иностранных агентах следует немедленно отменить https://newizv.ru/article/general/24-08-2021/ostanovit-absurd-pochemu-zakon-ob-inostrannyh-agentah-sleduet-nemedlenno-otmenit
26. Wardle C. How you can helpd transform the internet into a place of trust https://www.ted.com/talks/claire_wardle_how_you_can_help_transform_the_internet_into_a_place_of_trust/transcript
27. Wardle C. Fake news. It’s complicated https://medium.com/1st-draft/fake-news-its-complicated-d0f773766c79
28. Boyd D. The information war has begun http://www.zephoria.org/thoughts/archives/2017/01/27/the-information-war-has-begun.html
29. Boyd D. Hacking the Attention Economy https://points.datasociety.net/hacking-the-attention-economy-9fa1daca7a37#.s46f7p4qt
30. Кармайкл Ф. Сетевые фейки и китайская пропаганда https://www.bbc.com/russian/features-58102278

«VIII AUP global medialitacy fest: діджиталізація та гейміфікація» — ЦЕ ОФЛАЙНОВА ПОДІЯ ОСЕНІ 2021!

У цьому повідомленні вражаюча інформація, яка на днях перевернула наш онлайновий світ! Впевнені, ви здогадалися про що мова? ТАК! Ми повертаємося в офлайн, щоб розказати, обговорити, знайти нові можливості у стихії дистанційної роботи та навчання. І робимо це феєрично у форматі  — міжнародної attractive та interactive конференції.

Назва конференції: «VIII AUP global medialitacy fest: діджиталізація та гейміфікація»

Дата: 25-26 листопада 2021 року.
Локація: Київ.

Організатори: Академія української преси спільно з Deutsche Welle Akademie, Internews Network та IREX у партнерстві з Міністерством освіти і науки України.

Три «кити» на яких базуватиметься захід:

• Геймифікація — покажемо новітні ігрові практики та механізми для подальшого застосування їх у вашій роботі;
• Діджиталізація — порівняємо теперішнє і майбутнє усіх сфер цифрової трансформації;
• Медіаграмотність — оцінимо теперішню значущість критично сприймати медіатексти, під час віртуальної симуляції дійсності протягом останніх двох років пандемічного життя.

 

Як вивести навчальний процес на новий рівень, використовуючи новітні можливості інтернету? Це одна з головних тем. Якщо вам потрібна відповідь — приходьте.

Реєстрація триває до 15 листопада за посиланням:  https://forms.gle/Qie68kM1kfqjcFsm8

Про програму: на учасників чекають інтернаціональні дискусії, вузькопрофільні воркшопи, інтерактивні каруселі, конкурс ідей, можливість представити свій досвід та перейняти іноземний. З вітальним словом виступить Посол Німеччини, представники Міністерства освіти і науки України, та керуючі особи наймасштабніших організацій України, які популяризують медіаграмотність.

І найцікавіше — ви самі маєте можливість під час заповнення анкети запропонувати та взяти участь у обговоренні важливих тем, які цікавлять учасників найбільше.

Конкурс ідей. Серед учасників конкурсу будуть обрані ідеї-переможці, які отримають грант на їх реалізацію (2 тис. доларів США на кожну ідею). У разі запрошення на конференцію необхідно підготувати презентацію для представлення ідеї на загал (до 5 хв). Учасники, гості та спікери конференції будуть голосувати за найкращі ідеї, таким чином будуть обрані переможці. Переможці після участі у конференції підготують заявку (опис програмної діяльності, бюджет) відповідно до правил реалізації мінігрантів. Не проґав цей шанс!

Учасниками можуть бути: представники усіх навчальних закладів, науковці, представники медіа, органів місцевого самоврядування та громадянського суспільства, експерти з медіаграмотності.

Умови участі: Проїзд, проживання, харчування покривають організатори. Відбір учасників здійснюється на конкурсній основі. Участь безкоштовна. Усіх учасників, які не мають сертифікату вакцинації, буде забезпечено можливістю зробити експрес-тест на COVID-19 на заході (за рахунок організаторів).

Потрібно вирішувати — або закриватися від викликів цифрового простору, або робити власну перемогу ближчою та реальною. Ми — одностайно за другий варіант. Підтримуєте?

Георгий ПОЧЕПЦОВ, rezonans.asia

Нам кажется, что мы живем в мире реальности. Но мы всегда видим ее всегда не напрямую, а через “очки” виртуальности, с помощью которой наше внимание останавливается на значимых характеристиках, а все несущественное уходит из поля нашего внимания, поэтому того, чего нет в нашей виртуальной картине нашего мира, мы просто не увидим.

Государство и общество максимально пользуются этим, чтобы скорректировать наше восприятие в нужную для них сторону. В прошлом это делалось с помощью песен, сказок, пословиц, мифов, религий. Причем сделать это удавалось без сегодняшних медиа, способных достучаться до каждого и одномоментно.

Сегодня активируют нужное в наших мозгах новости, фильмы и сериалы, литература. Соцмедиа довели до совершенства знание нашего сознания: кому и что нужно сказать, чтобы он поступил нужным способом. Наша голова получает информацию не только отобранную из миллиона позиций, но и оформленную с точки зрения той или иной интерпретации.

Пропаганда агрессивно защищает государство, а в своей активной фазе вообще становиться аналогом спецслужб. Одна виртуальность легко реагирует на другую, “играя” на том, что аудитория знает. Таким примером являются анекдоты, которые отражают четко виртуальные “отклонения” от пропаганды, например, “мудрость” Брежнева одновременно с потоком славословий с телеэкрана была высветлена во множестве анекдотов.

Сегодня анекдоты однотипно “бьют” по тому, что превозносит пропаганда. Можно привести такой пример современного анекдота с четкими ассоциациями: “Не откладывайте на завтра то, что можно сделать сегодня. Завтра это могут уже запретить”. То есть юмор может “уколоть” больнее, чем реальное обвинение.

Виртуальность более жива для любого, чем реальность, потому что виртуальность полностью соответствует чаяниям человека, чего нельзя сказать о реальности. Отсюда популярность сферы литературы, искусства, кино, а сегодня к ним добавились технозированные варианты типа видеоигр.

Известные исследования по влиянию Гарри Поттера на изменение модели мира как раз были связаны с тем, что эти навыки перенимаются в момент “погружения” в искусственный виртуальный мир. Человек ассоциирует себя с героями, оставаясь и потом с их представлениями о добре и зле.

У нас ограниченный объем возможностей, поэтому за место в нашей голове побеждает то, что будет “насильственно” повторяться в информационном и виртуальном пространствах. Повтор побеждает новизну. И на этом строится пропаганда, которая методично и многократно говорит об одном и том же, например, на телевизионных политических ток-шоу.

При этом мы не объективно следуем реальности, а ориентируемся на ее символическое отображение в нашем сознании. И там есть только то, что туда “положили”.

Власть – это те, кто умеют управлять нашим сознанием, даже вне нашего понимания этого. Кино, например, мы можем “оттолкнуть”, увидя в нем пропагандистский посыл, но определенная информация все равно отложится в нашей голове. Это как феномен опровержения, опасность которого исследователи видят в том, что оно одновременно расширяет аудитория тех, кто получает знание о выдвинутых обвинениях.

А. Колесников говорит: “В принципе все время все придумывается – это один из принципов существования этой власти. У нее выдуманные угрозы, которые она продает населению, чтобы держать население в некотором страхе и мобилизовывать его на разные ралли вокруг флага в поддержку Путина и режима, что получается все хуже и хуже. Потому что это внешнеполитическая повестка, она была интересна гражданам примерно до 2018 года, до пенсионной реформы, после этого она потеряла свое мобилизующее значение. Все знают, что мы великие, все нормально, Путин всех напугал, нас все боятся. Что дальше – с этим проблема. То, что касается выступления Лаврова, он эти все слова тоже, как и Путин, повторяет одно и то же, и одни и те же аргументы, которым можно найти массу контрагрументов” [1].

Мы, наверное, можем отсчитывать первую активизацию виртуальности уже со времен мезолита, который С. Шилин определял как “стадия развития, когда у человека появилось свободное время” [2]. Свободное время освобождает мозги для деятельности, которая не напрямую, а лишь косвенно может быть связана с физической реальностью.

Из мезолита к нам приходит часть наших сюжетов, с которыми мы живем и сегодня, например, такой: “Это сюжет изгнания из рая, где раем было сравнительно комфортное мезолитическое существование с большим количеством свободного времени, с появлением свободного искусства, серьёзных ритуалов, с весьма высокой культурой, сравнимой по уровню с культурой индейцев Хопи, Пуэбло, австралийских аборигенов, у которых даже была своя мифология…” (там же).

Это структурирование мира с помощью виртуальностей, в результате которого он становится более понятным и предсказуемым, поскольку в мире увеличивается число знакомых нам ситуаций, а число новых ситуаций падает.

Кстати, мезолит характеризуют как время, когда охота смогла стать дистантной из-за изобретения наконечников, лука и подобного инструментария. Кстати, интересен и такой факт: “к мезолитическому уровню потребления мяса европейское человечество вернулось только с появлением индустриального сельского хозяйства в конце XIX — начале XX века” (там же). Хотя исходя из более распространенных представлений именно неолитическая аграрная революция впервые создала запасы пищи.

Виртуальность защищает и нападает. Враги должны бояться нас, а мы их. И это создает порядок, который управляет нами по сегодняшний день. И сейчас, когда политики говорят о “красных линиях”, которые нельзя пересекать, это все равно разговор о врагах и с врагами.

Время неолита – это время больших миллионных поселений, когда к человечеству пришли “большие боги”, что позволило упорядочить поведение люди, поскольку боги были всезнающими и всевидящими, они могли наказать за неправильное поведение, так что лучше было их не гневить. Возникает нормировка поведения, что делает жизнь более понятной и предсказуемой.

Своя виртуальность объединяет коллектив в единое целое, что всегда сделает такую общность сильнее. Харари много писал о роли виртуальности в развитии человечества. В одной из своих интервью он еще говорит так: “Ключевой момент в том, что наши индивидуальные возможности ограниченны, но всего 15 человек, которые присоединятся к организации, будут гораздо сильнее 500 одиночек” [3].

Виртуальность всегда идеально соответствует поставленным перед ней задачам, поскольку она наименее зависима от физических ограничений. К примеру, чтобы напугать, мы можем придумать самое страшное животное, которого даже нет в природе. Государства и сегодня “раздувают” и свою силу, и силу своих врагов, что облегчает управление массовым сознанием.

Когда сталкиваются разные сообщества, роль виртуальности возрастает, поскольку она позволяет удерживать свою идентичность в противопоставлении с чужой.  Всегда это были идеология и религия, хотя сегодня это квази-идеология и квази-религия, поскольку современные общества не так строги к выполнения их виртуальных постулатов.

Харари говорит о религии: “Мы находим смысл в играх виртуальной реальности тысячи лет, мы просто называем это религией. Вы можете думать о религии как об игре в виртуальной реальности. Вы придумываете правила, которых реально нет; они только в вашей голове. Но вы верите в эти правила, и всю свою жизнь стараетесь им следовать. Если вы христианин, когда вы делаете, как надо, вы получаете баллы. Если вы грешите, вы теряете баллы. Если к тому времени, когда вы заканчиваете игру, когда вы умерли, вы получите достаточно баллов, вы перейдете на следующий уровень – вы попадаете в рай. Люди играли в эту виртуальную реальность тысячелетиями, это делало их относительно удовлетворенными и счастливыми в их жизнях. В 21 столетии у нас просто появились технологии по созданию более убедительных игр виртуальной реальности, чем те, в которые мы играли последние тысячелетия. У нас есть реальные технологии создания небес и адов. Не в наших головах, а используя биты и компьютерные интерфейсы” [4].

Сюда можно добавить, что это делают не только компьютеры, но и телесериалы, в сюжеты которых вечерами уходит человечество. Переживания, получаемые в них, ничем не отличимы от реальных, а погружения в эту инореальность может даже менять наши политические предпочтения, что показали исследования читателей Гарри Поттера во времена выборов Обамы и Трампа.  

И еще о роли виртуальности: “Поскольку наша сила зависит от коллективных вымыслов, мы не очень сильны в разграничении фикции и реальности. Для людей очень трудно узнать, что реально, а что фикция у них в мозгах, и это ведет к большому числу бедствий, войн и проблем. Лучшим способом узнать, является ли нечто реальным или фиктивным – это тест на страдание. Нация не может страдать, она не может чувствовать боли, она не может чувствовать страха, у нее нет сознания. Даже когда она проигрывает войну, солдат страдает, гражданские страдают, но нация не может страдать. Однотипно корпорация не может страдать, фунт стерлингов, теряющий свою цену, не страдает. Все эти вещи являются фикциями. Если люди будут держать в голове это различие, это поможет нам в том, как относиться друг к другу и другим животным. Не очень хорошо заставлять страдать реальные существа из-за фиктивных историй” [5].

Странно, но вся история человечества, как нам представляется, как раз и состоит из переживаний такого порядка, которые Харари не хочет признавать.

У него есть также интересная реинтерпретация современной войны от прошлой: “Сегодня мы имеем меньше насилия, чем когда-либо в истории. Людей больше умирает от переедания, чем от насилия, что является удивительным результатом. Мы не можем быть уверены наперед, но некоторые изменения делают этот тренд сильным. Во-первых, есть угроза ядерной войны, которая была, вероятно, главной причиной ухода от войны после 1945, и эта угроза присутствует. Во-вторых, существует изменение сущности экономики, которая переключилась от материальной экономики к экономике знаний. В прошлом основные экономические ресурсы были материальными типа пшеничных полей, шахт по добыче золота и рабов. Война имела смысл, поскольку можно было обогатиться, ведя ее против соседей. Сегодня основным экономическим активом является знание, и очень трудно захватить знание путем насилия. Большинство сегодняшних конфликтов в мире происходит на Ближнем Востоке, где основное богатство материально – это нефть и газ” (там же).

И последнее его замечание, касающееся больших сообществ людей: “Нам нужны некоторые фикции, чтобы иметь большие общества. Это правда. Но мы должны использовать их на службу нам, а не для того, чтобы быть порабощенными ими. Хорошей аналогией может быть игра в футбол. Правила игры выдуманы, они созданы людьми, нет ничего в природе, что определяет правила футбола. До тех пор, пока вы помните, что это просто правила, которые люди придумали, чтобы служить вашим целям, вы можете играть в эту игру. Если же вы вообще откажетесь от этих правил, считая их выдумкой, тогда вы не сможете играть в футбол” (там же).

Отсюда, вероятно, можно сделать вывод, что виртуальность, особенно такого рода, имеет четкие границы, где она выступает в обязательной роли, за пределами их ее обязательности нет. То есть мы привязываем правила виртуальности к границам. “Свой”/”чужой” распознаются по выполнению или невыполнению правил: от футбола до еды.

Усиливается своя виртуальность и идет борьба с чужой виртуальностью. И то, и другое делается очень активно. Пассивный и слабый гражданин не может этому противостоять. То, что можно за рубежом, запрещается внутри страны.

Нам очень сложно уклониться от той модели мира, которая настойчиво стучится в нашу голову отовсюду, начиная с детских лет. И школа тогда является главным генератором такой модели мира, которая хороша тем, что за нее тебя не накажут, а даже похвалят.

Правда, Юрчак считает, что есть возможность уклониться от навязываемой модели мира для взрослого человеку. Внешне он ей подчинен, а внутренне – нет. Для описания этого состояния он вводит  термин “вненаходимость”:

“Пространства же вненаходимости были важной составной частью другого, позднесоциалистического общества. Вообще принцип вненаходимости лежал в основе функционирования всей системы позднего социализма. В Советским Союзе не было никаких изолированных от государства, автономных свободных зон вроде кухонь. Это абсурд. Скорее была вненаходимость как принцип, согласно которому функционировала вся советская система. То есть не было автономных пространств свободы, которые якобы выпадали из советской системы. Зато была масса пространств вненаходимости, когда система вроде бы полностью воспроизводилась на уровне формы, но постоянно сдвигалась на уровне смысла, иногда до полной противоположности смыслу, заявленному в идеологических высказываниях” [6].

В результате, как казалось, советский мир носил в воображении граждан вечный характер. Юрчак пишет в своей книге: “Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение” об этом так: “В первые постсоветские годы многие бывшие советские граждане вспоминали свое недавнее ощущение доперестроечной жизни схожим образом. Тогда советская система казалась им вечной и неизменной, а быстрый ее обвал оказался для большинства неожиданностью. Вместе с тем многие вспоминали и другое примечательное ощущение тех лет: несмотря на полную неожиданность обвала системы, они, странным образом, оказались к этому событию готовы. В смешанных ощущениях тех лет проявился удивительный парадокс советской системы: хотя в советский период ее скорый конец представить было практически невозможно, когда это событие все же произошло, оно довольно быстро стало восприниматься как нечто вполне естественное и даже неизбежное”  [7].

Рухнула одна виртуальная система, но на ее место сразу пришла другая, поскольку без виртуальности мир становится менее понятным. Всегда есть та или иная религия или идеология, создающая свой собственный мир на базе того же физического пространства. Кстати, и воюют люди за свой виртуальный мир, на правильность которого покушаются враги. Раньше их называли врагами народа, сегодня – иноагентами.

Свою виртуальность, отличную в чем-то от других, имеют разные типы социальностей: один человек от другого, одна социальная группа от другой, и далее: одна нация и одна народность от других. Мы все понимаем и принимаем на уровне факта, но на уровне интерпретаций и мотиваций мы начинаем расходиться. По этой причине, например, телевизионные политические ток-шоу “бьются” за интерпретации фактов. Именно интерпретации определяют наше отношение к фактам.

Соцмедиа вышли вперед именно из-за того, что благодаря им индивидуальная интерпретация получила свой мощный канал распространения. Однако это одновременно стало причиной развития резкой поляризации в обществе [8 – 10].

Мир закрутился в синтезе виртуального и реального. Этот mix можно увидеть во многом:

– борьба за бренд коньяка и шампанского между Россией и Францией,

– постановку в Великобритании оперы об отравлении экс-сотрудника ФСБ А. Литвиненко [11],

– арест в Гонконге пятерых лиц за три детские книжки.

Последний случай интересен, поэтому остановимся на нем подробнее. Тем более он четко напоминает советское прошлое. Старший суперинтендант Ли увидел в серии из трех книг не только упрощение политических проблем для детей, но и попытку придать красоту незаконному поведению [12]. Овцы в книге – это как бы люди Гонконга, а волки – материковые китайцы. Книга нагнетает ненависть к юридической системе, поскольку 12 овец убьют за их оборонительную борьбу против волков. Овцы всегда очень чистые, волки – грязные. Отвечая на вопрос, будут ли теперь запрещены “1984” и “Ферма животных”, Ли сказал, что они отличны от детских, где нагнетается ненависть.

В результате издателей арестовали за подстрекательство к мятежу: “Правоохранители сообщили, что издаваемая обвиняемыми книга про волков и овец «разжигала ненависть к правительству города среди молодежи». По сюжету волки хотят захватить овечью деревню, чтобы съесть ее жителей, а те дают им отпор своими рогами. «Информации для детей, содержащаяся в книгах, меняет их мнение и развивает моральные нормы, направленные против общества», — заявил журналистам старший суперинтендант полиции Стив Ли.

Задержанные принадлежали к Союзу логопедов” [13].

Наш пока еще сложный мир пытаются такими способами резко упростить, чтобы и реальный или надуманный намек не мог проскочить в массовое сознание. Правда, для жителей эти намеки более понятны. Так в третьей книге “12 храбрецов овечьей деревни” группа овец пытается бежать на лодке, что вызывает в памяти попытку 12 гонконгцев, которые пытались бежать на Тайвань в лодке, но были задержаны береговой охраной и были отправлены в тюрьму [14].

Виртуальность интересна тем, что она может принимать любые формы. Например, в Британии сначала возникла пьеса, а уже потом и опера на тему отравления Литвиненко: “Надо заметить, что осенью 2019 года в лондонском театре OldVic состоялась премьера спектакля «Очень дорогой яд» (Very Expensive Poison) по одноименной книге журналиста газеты The Guardian Люка Хардинга. Произведение, адаптированное для театра британским драматургом Люси Преббл, также посвящено истории отравления Литвиненко. Но за два года пьеса нигде более поставлена не была. И предсказать, что счастливой окажется театральная судьба оперы сейчас тоже трудно. Но в любом случае общественный интерес к этой трагедии, расследование которой не закончилось наказанием виновных, ныне будет снова в топе новостей” ([15], см. также  [16]).

Власть получила дополнительную работу в виде зачистки библиотек из-за более жестких методов новых запретов. Однако книжный иллюстратор А. Бондаренко считает так: “Инструменты власти, какими бы изощренными они ни были в своей репрессивности, к счастью, работают только в том поле и на том уровне, на котором эта власть существует, только на уровне буквальном, на уровне животного страха. Ведя войны, сажая и убивая, власть больше всего боится обвинений в фашизме, а единственный ответ — «Кто так обзывается…» Язык искусства гораздо богаче, как и язык народа” [17].

Именно власть может использовать для управления страх и тревогу. Национальный индекс тревожностей дает такие результаты для россиян: “По значимости для граждан в начале 2021 года на первое место вышел страх перед действиями полиции и судов в связи с акциями протеста. Согласно выводам доклада, эту тему в соцсетях обсуждали в 7,7 раза активнее, чем в СМИ. На втором месте оказался страх перед «нашествием волков» (обсуждалась в 5,9 раза активнее), а на третьем — угроза «революции и потрясений» из-за ситуации вокруг Алексея Навального (в 3,7 раза)”  [18 – 20].

Новый мир, который строится, на самом деле покоится на старом инструментарии. Особенно на том, который имеет визуальную составляющую. Сам же инструментарий “играет” только с теми характеристиками, которые могут быть визуализированы в нашем сознании. Например, арест легко визуализировать, но научное открытие уже нет… Это связано с постепенным переходом мира от вербальной к визуальной цивилизации.

Литература:

1. Рыковцева Е. Пропаганда приспособила Лаврова https://www.svoboda.org/a/31350530.html
2. Переслегин С. За горизонтом кризиса https://zavtra.ru/blogs/za_gorizontom_krizisa
3. Ворона Т. «Учитесь быть гибкими и не бойтесь провалов». Интервью с Ювалем Харари о будущем человечества, украинском пути и навыках, которые помогут выжить https://mc.today/uchites-byt-gibkimi-i-ne-bojtes-provalov-intervyu-s-yuvalem-harari-o-budushhem-chelovechestva-ukrainskom-puti-i-navykah-kotorye-pomogut-vyzhit/
4. Religion = Virtual Reality (Yuval Noah Harari) https://www.reddit.com/r/exmormon/comments/b5c3il/religion_virtual_reality_yuval_noah_harari/
5. Anthony A. Yuval Noah Harari: ‘Homo sapiens as we know them will disappear in a century or so’ https://www.theguardian.com/culture/2017/mar/19/yuval-harari-sapiens-readers-questions-lucy-prebble-arianna-huffington-future-of-humanity
6. Юрчак А. «Российское общество не делится на большую „вату“ и маленькую „свободу“». Интервью https://gorky.media/intervyu/rossijskoe-obshhestvo-ne-delitsya-na-bolshuyu-vatu-i-malenkuyu-svobodu/
7. Юрчак А. Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение. – М., 2014
8. Carothers T. a.o. How to understand global spread of political polarization https://carnegieendowment.org/2019/10/01/how-to-understand-global-spread-of-political-polarization-pub-79893
9. Vogels A. a.o. Americans and ‘Cancel Culture’: Where Some See Calls for Accountability, Others See Censorship, Punishment https://www.pewresearch.org/internet/2021/05/19/americans-and-cancel-culture-where-some-see-calls-for-accountability-others-see-censorship-punishment/
10. Mitchell A. a.o. How Americans Navigated the News in 2020: A Tumultuous Year in Review https://www.journalism.org/2021/02/22/how-americans-navigated-the-news-in-2020-a-tumultuous-year-in-review/
11. Полубояринова И. «Жизнь и смерть Александра Литвиненко»: в Великобритании поставили оперу об отравлении экс-сотрудника ФСБ https://mbk-news.appspot.com/korotko/zhizn-i-smert-aleksandra-litvinenko-v-velikobritanii-postavili-operu-ob-otravlenii-eks-sotrudnika-fsb/
12. Chau C. Hong Kong national security police explain why children’s picture books about sheep are seditious https://hongkongfp.com/2021/07/22/hong-kong-national-security-police-explain-why-childrens-picture-books-about-sheep-are-seditious/
13. Издателей детских сказок арестовали в Гонконге за подстрекательство к мятежу https://lenta.ru/news/2021/07/22/hongkongriottales/
14. Five arrested in Hong Kong for sedition over children’s book about sheep https://www.theguardian.com/world/2021/jul/22/five-arrested-in-hong-kong-for-sedition-over-childrens-book-about-sheep
15. Отравиата https://novayagazeta.ru/articles/2021/07/16/otraviata
16. В Англии спели про “Жизнь и смерть Александра Литвиненко” https://www.svoboda.org/a/v-anglii-speli-pro-zhiznj-i-smertj-aleksandra-litvinenko/31361260.html
17. Тимофеева О. Изыми с глаз моих! Впервые в новейшей истории России началась массовая зачистка в книжных и библиотеках https://novayagazeta.ru/articles/2021/07/15/izymi-s-glaz-moikh
18. Прах А. Суд не выдаст, волк не съест. В начале года граждан России охватили новые страхи https://www.kommersant.ru/doc/4781562
19. Митрохина Е. Мошенники, инфляция и вакцинация. Чего больше всего боятся россияне? https://mbk-news.appspot.com/korotko/moshenniki-inflyatsiya-i-vaktsinatsiya/
20. Национальный индекс тревожностей https://www.cros.ru/ru/exploration/research/2121/

17-18 жовтня Академія української преси за підтримки Фонду Конрада Аденауера проведе дводенний семінар "Ґендерний підхід у журналістській практиці: що треба знати та вміти" у м. Київ

На семінарі Ви дізнаєтесь:

• Що таке ґендер і які ґендерні відносини існують?
• Як відрізнити фемінність, маскулінність, андрогінність?
• Існуючі ґендерні стереотипи.
• Ґендерна дискримінація.

А ще покажемо приклади журналістських матеріалів та навчимо застосовувати ґендерно-чутливу лексику у матеріалах.

Розповідати про гендерну чутливість в журналістиці Вам будуть професійні тренери:

• Валерій Іванов, президент Академії української преси;
• Людмила Комашко, кризова психологиня, тренерка, фасилітаторка, докторка філософії;
• Андрій Юричко, медіатренер, журналіст, кандидат філологічних наук, викладач КНУ ім. Тараса Шевченка. 

Учасників забезпечуємо харчуванням. Витрати на проїзд та проживання компенсуємо. 

Зареєструватися можна за посиланням 

Відбір відбуватиметься на конкурсних засадах. Обрані до участі отримують запрошення. Участь є безкоштовною. Кількість місць обмежена. Реєстрація завершується за 4 дні до початку заходу.

Захід буде проводитися при дотриманні усіх необхідних епідеміологічних вимогах.

У разі, якщо ви матимете підозру на високу температуру чи погане самопочуття – ми просимо вас утриматися від відвідування.

Учасникам, яких буде відібрано до участі, прийде повідомлення на електронну пошту або за вказаним під час реєстрації номером телефону.

 

Контактна особа:
Юлія Рицик, 067-372-27-33, info@aup.com.ua

Тренінг для журналістів «Стійкість до впливів та безпека журналістів: як працювати в еру інформаційного безладдя» відбудеться і у Києві!

19-20 жовтня ми запрошуємо журналістів попрацювати з професійними тренерами: журналістами-практиками, медіаекспертами, фактчекерами, фахівцями з фізичної безпеки та психологами.

Заходи спрямовані на розвиток критичного мислення, протидії дезінформації та особистої безпеки.

Взявши участь у тренінгу, ви зможете:
 краще ідентифікувати небажані впливи;
 вдосконалити знання з цифрової безпеки;
 підвищити свою психосоціальну стійкість;
 покращити навички фактчекінгу;
 протидіяти дезінформації та маніпуляціям;
 розвинути навички оцінки та планування ризиків;
 глибше розуміти вразливості аудиторій і впливу на неї неякісного контенту.

 Додаткова можливість для учасників тренінгів:
Після завершення навчання п’ять команд журналістів зможуть отримати гранти для створення матеріалів із підвищення медіаграмотності громадян та протидії дезінформації.

 Витрати: харчування у рамках заходу забезпечується за рахунок організаторів (кава-брейки, обіди).
Для учасників з інших міст додатково забезпечується: проживання (двомісне), сніданок та вечеря, компенсується вартість проїзних документів.

 Усі деталі та реєстрація за посиланням: https://l2dsafe.tilda.ws/

Не проґавте цю можливість!

Навчальна програма реалізується у межах проєкту «Вивчай та розрізняй: інфо-медійна грамотність» який виконується Радою міжнародних наукових досліджень та обмінів (IREX) за підтримки Посольств Великої Британії та Сполучених Штатів Америки в Україні, в партнерстві з Академією української преси.